МЕЗЕНСКИЙ КРАЙ
12:05 / 24 марта 2020
725

Я рассказываю миру о вас

В первый раз Марсель Ребро приехал в Карьеполье в прошлом году вместе с другом. Их общее увлечение – необычные путешествия в места, которые не тронуты массовым туризмом, и фотосъёмка. Каждый раз после нового успешного путешествия Марсель и его друг устраивают фотовыставки и семинары, на которой рассказывают о своих путешествиях. По словам Марселя, такие семинары пользуются большим успехом в Европе – люди хотят знать о незнакомой им жизни.

Олений край

Интерес к северу у друзей возник случайно, но один из знакомых оказался «в теме» и посоветовал выйти на Северную туристическую кампанию в Архангельске, которая организует эксклюзивный тур «Олений край» в Карьеполье, рядом с которым находятся зимние пастбища нескольких бригад канинских оленеводов. Здесь сразу стоит добавить, что этот тур – результат общей работы депутата из Нарьян-Мара Владислава Пескова, Александра Мельникова и директора «Северной туристической компании» Татьяны Мотовичёвой.

Так представители Словакии, известные фотографы дикой природы, оказались в прошлом году в Карьеполье, откуда началось их знакомство с жизнью ненцев – оленеводов. Тур было всего на три дня. Три дня - на полное погружение в чужую культуру и на фотосъёмки. Сделанные по итогам той поездки фотографии оленеводов, Карьеполья, суровой, снежной зимы, рассказы об этом произвели фурор на семинарах в Словакии, Чехии, Австрии. Темой заинтересовались телевидение, газеты.

- Я был в Китае, Америке и много рассказывал об этом, но впервые мои рассказы стали таким сюрпризом для людей. Европейцы ничего не знают ни о ненцах, ни о том, как вы здесь живёте, а им это интересно. До этого я много рассказывал, к примеру, о своих путешествиях в Бангладеш. Там очень трудная жизнь, дети работают наравне со взрослыми. Но это такой негатив! А ненецкая жизнь вызвала сильную положительную реакцию. У нас фотографии с оленями и ненцами раскупали прямо на выставке. Мы поняли, что и нам самим мало информации. Нужен полноценный фильм, нужна книга об этом, - рассказывает мне Марсель.

Так была задумана новая поездка, в этом году, и план - пройти с бригадами по извечному оленному пути, сняв фильм. Но внесла свои коррективы погода. Уже были получены визы, куплены билеты, но от Александра Мельникова из Карьеполья пришли неутешительные вести: снять жизнь оленей на болоте, где много простора и света, не получится – олени жмутся к лесу.

О том, что у оленей будет трудная зима, я тоже знала - еще в ноябре мне об этом сказал начальник убойного пункта в Неси Владимир Нюров: землю сначала сковало льдом, а потом выпал снег, из-за этого олени не могут пробиться к подножному корму.

Из-за изменения планов отказался от поездки друг Марцела, но не он сам: пусть не получится в этом году снять фильм, но можно снова сделать фотографии и напитаться информацией.

Так мы оказываемся с ним в одной компании на пути в Карьеполье, а уже оттуда – в оленеводческие бригады.

Приключения ждали нас уже на первом отрезке, до Карьеполья, – сломался снегоход Игоря Канюкова, начальника восьмой бригады, в которую ехал Марсель, уже знакомую ему по прошлой поездке.

Пока Игорь и Александр Мельников думают, что делать, мы болтаем, несмотря на 30 – градусный холод. Морозы пришли к нам как раз к началу путешествия. Но Марсель к ним готов. Рассказывает, что после первой поездки и рассказов о ней на выставках, телевидении, в газетах и соцсетях очень многие обращались к нему с просьбой взять их с собой в Карьеполье, на север, к оленям.

- Окей, - отвечал Марсель, - я-то возьму. Но вы там погибнете.

Русский язык – это мой пропуск во многие страны

Сам Марсель в себе уверен. За два дня общения с ним начинаешь понимать – этот не погибнет.

Как выяснилось, у Марселя великолепная физическая подготовка. Он альпинист с большим стажем, за плечами – много нештатных ситуаций. В горах, говорит он, погода меняется так же быстро, как у вас, и в горах, как в тундре, по одиночке – пропадёшь.

Он давно занимается каратэ, этой же борьбой занимаются и его взрослые сыновья. В его багаже ещё профессиональные прыжки с парашютом. Он очень гордится армейской службой в десанте. Ещё он марафонец и сторонник здорового образа жизни.

Но главное – это то, что он готов слушать других и внимать чужому опыту выживания в трудных условиях. Особенно в тундре. Он рассказывает мне такой случай. Игорь Канюков или, как его называет Марсель, Джигори, показывал ему в прошлый год, как они обучают оленей быть в упряжке. «А где те олени, что не слушались и убежали вчера из стада?», - спросил Марсель. «Вон они, висят на дереве», - был ответ. «Я буду делать всё, что ты говоришь», - пообещал тогда Игорю каратист, десантник и альпинист Марсель.

Словак Марсель прекрасно говорит по-русски – «Мы же из социалистического лагеря, русский язык был обязателен для изучения в школе!» Сегодня русский, как он сам говорит, - его пропуск в мир:

- Почему я имею возможность фотографировать в Нагорном Карабахе, Киргизии, Армении? Потому что я говорю по-русски!

Фото и видеосъёмки – это его хобби, ставшее, после программирования, второй профессией. В нём он также преуспел. В прошлом году его фотография, сделанная в Бангладеш, вышла в финал международного конкурса фотографов в числе других десяти и победила в нём.

- У меня с собой три фотоаппарата, две камеры и 13 батареек для их бесперебойной работы на морозе в тундре, - с гордостью говорит мне Марсель. Но батарейки всё равно подыхают раньше, чем он на это рассчитывал в Словакии. И специальные ботинки, которые в горах «изумительно держат тепло», в 40-градусный мороз всё же подводят. Но Марсель знает, что делать – у него в планах купить ненецкую одежду. В ней-то он теперь точно уверен!

Зато Марсель подарил нам, северянам, полезный совет. Чтобы не обморозить щёки и нос, он использует вазелин. И действительно, его вазелин, правда, наверняка хорошей очистки, а не тот, что мы помним из советского детства, спасает от обморожения гораздо лучше дорогущих кремов.

Олени Путина

Он рассказывает мне, как впервые в прошлом году увидел ненцев. Те уже третий день подряд на снегоходах разыскивали своих оленей.

- Как же вы спите?

- Да прямо так, на снегу, в малицах.

- А едите что?

- Да день – два можно и без еды.

Марсель был потрясён этим.

Перед поездкой он много прочитал о ненцах, об оленях, но получил крайне противоречивую информацию. Цифры говорят, что ненцев всего чуть больше 40 тысяч человек. Они, считает Марель, на грани исчезновения. Он очень гордится тем, что успел ухватить их жизнь, запечатлеть фото и видеосъёмкой, потому что «лет через десять такого уже не будет».

- Вы, местные, тоже мало что о них знаете. Когда я показывал здесь, у вас, фотографии, как ловко оленеводы накидывают петлю на нужного им оленя в огромном стаде, все думали, что они этим тынзеем просто размахивают и случайно цепляют оленей.

Да и сам Марель так думал, стоя посреди горячего оленьего моря. - Какого оленя потащим? Давай воон того, белого, - показывает ему бригадир Игорь. Резкий взмах тынзеем - и он уже тащит за рога только что показанного оленя.

Мы вместе с Марселем приходим к выводу: оленеводом невозможно стать – им можно только родиться.

Я спрашиваю, знает ли он, что в беседе с ненцем есть табу – никогда нельзя спрашивать, сколько у него оленей.

Марсель удивляется и говорит, что ему на такие вопросы отвечали.

- Ээээ, нет, - вмешивается в наш разговор Саша Мельников, - тебе говорили об общем стаде. А сколько личных оленей, тебе не скажет никто.

- Так вот почему они называли их «оленями Путина»! – догадывается Марсель. Мы осторожно сообщаем ему, что Путин, скорее всего, не знает об этом своём стаде.

Я спрашиваю мнение Марселя о перспективах нашего туризма.  В прошлом году после Карьеполья они с другом заезжали и в Голубино, где их «знакомили» с жизнью ненцев. Марсель подбирает слова: «Это как бедуины в Египте, ты знаешь, что они не могут так и тут жить, а тебе их показывают». Есть вероятность, что именно в таком виде останется оленеводческая ненецкая культура лет через десять.

Увы, на ненецко - оленьей теме в Голубино научились зарабатывать. Говорю «увы», потому что зимние пастбища для оленей находятся именно в Мезенском районе. Но наш тур «Олений край» для массового туриста слушком сложен, дорог и опасен.

К слову, в Голубино в этом году День оленя отменили, потому что животные очень ослаблены тяжёлой зимой и отсутствием корма.

«Работа у нас тяжелая и нервная»

Мы приезжаем в 8 – ую оленеводческую бригаду из Карьеполья в сопровождении бригадира Игоря Канюкова. Марсель потом мне сказал, что оленеводы его встретили так, будто он простился с ними вчера.

В подарок Марсель привозит три своих книги с фотографиями прошлого года. Фотографии долго разглядываются, видно, что они очень всем нравятся. Бригада живёт своей жизнью. Всё идёт своим вечным ходом. Только тяжёлая зима уже вносит свои коррективы и заставляет оленеводов дополнительно подкармливать хлебом самых слабых животных, иначе они могут не выдержать длительный переход с мезенских пастбищ на Канин, к летним пастбищам.

Для меня эта бригада тоже хорошо знакома, я не раз в ней бывала во время работы в финском проекте. Когда не нахожу знакомого весельчака Ивана, спрашиваю, не уехал ли в стадо. Но оказывается, Иван умер два года назад: сел в сугроб и не встал. На мой вопросительный взгляд отвечают, нет, он не пил совсем - «просто у нас такая тяжелая и нервная работа».

Я хорошо помню и жену Ивана, Лену. Трудно не запомнить женщину с красивым, тонким, изящным лицом, очень мягкой улыбкой. Мы с ней много разговаривали тогда, четыре года назад. Мне было удивительно, как можно себя комфортно чувствовать в тундре, в чуме, а Лене, наверное, было удивительно моё непонимание. Она тогда сказала мне, что ей очень удобно в национальной одежде из оленьих шкур, потому что можно не думать, модно или нет она одета. Несмотря на гибель мужа, а позже и уход из жизни старшего сына, Лена осталась в бригаде. С ней – один из сыновей.

В жизни оленеводов очень важна и мужская, и женская работа. Но женщины сегодня в большинстве своём неохотно идут в тундру. Именно этот момент грозит гибелью всей оленеводческой многовековой жизни. Кто поставит и разберёт чум, нагреет его, сошьёт и отремонтирует одежду и обувь, приготовит еду? А это – главное в жизни оленеводов, поэтому с холостыми часто идут в тундру сёстры, матери.

Марсель фиксирует на камеру и фотоаппарат все детали жизни бригады. По его просьбе оленеводы собирают часть стада. Но Марсель приходит в ужас – олени без рогов, фотографии лишатся колорита. Оказывается, незадолго до этого рога спилили, потому что нашёлся хороший покупатель. Оленям они без надобности, а оленеводам – заработок. Рога оставили только самкам для защиты потомства.

Зато в это раз в объектив его камер попали дети девятой бригады. Ехать туда пришлось в сильный мороз и долго, но это стоило лишений. Выложенные Марселем в социальные сети фотографии с детьми вызвали шквал восхищённых отзывов, суть которых сводилась к одному – какие здоровые, красивые и счастливые дети!

Сегодня у Марселя уже готова фотовыставка по итогам этой поездки, скорее всего, она снова будет иметь успех. А в планах – приехать в Карьеполье через год. Он не сомневается, что это произойдёт.

Когда этот материал появится в газете, оленеводы уже будут готовиться к сложному переходу на Канин, делая очередной виток вечного оленьего круга. При всех наших претензиях к ним давайте не будем забывать, что мы имеем дело с настоящей жизнью в единении с природой и многовековыми традициями,которые, мы, увы, уже потеряли.

Марина Потрохова. Фото автора и Марселя Ребро.


Карта убитых дорог
Карта ликвидации несанкционированных свалок в Архангельской области
Правительство Архангельской области
Пресс-центр Правительства Архангельской области
Мезенский район
1Подписка
Год памяти
Год памяти 2
Погода на сегодня
Предложите новость

Продолжая использовать наш сайт, Вы даете согласие на обработку технических файлов Cookies.